iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Нота как мишень
Для немногочисленных посвященных музыкантов узкий длинный зал в первом ярусе лаврской колокольни в Сергиевом Посаде — место поистине легендарное. Это постоянная репетиционная база основанного архимандритом Матфеем (Мормылем) братского хора Троице-Сергиевой лавры. Дождливым осенним вечером в гости к хористам впервые приехал регент Московского подворья — старший преподаватель Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского Владимир Горбик. Не один — с десятком певчих своего клиросного хора. И не просто так, а для пользы дела — провести мастер-класс со студентами Московской духовной академии. Яркая, наполненная экспрессивными образами преподавательская манера Владимира Александровича помогла молодым людям за одну репетицию понять, при помощи какого приема клирошане создают атмосферу вечности, почему им категорически не рекомендуется петь «консерваторским» звуком и какую фразу знаменитого Шаляпина следует помнить в любое время дня и ночи.
9 октября 2019 г. 14:59
Репортажи
В выставочном зале. Фото Георгия Проценко
ЖМП № 9 сентябрь 2018 /  12 ноября 2018 г. 09:58
версия для печати версия для печати

В огне не горят, в веках не тонут

УНИКАЛЬНЫЕ СВЯТЫНИ НА ВЫСТАВКЕ ВО ВСЕРОССИЙСКОМ ХУДОЖЕСТВЕННОМ НАУЧНО-РЕСТАВРАЦИОННОМ ЦЕНТРЕ ИМЕНИ АКАДЕМИКА ИГОРЯ ГРАБАРЯ

Крупнейшему в России реставрационному центру, традиционно ориентированному на работу с провинциальными музеями, в этом году исполняется ровно век. К круглой дате здесь подготовили масштабную выставку «Век ради вечного», на которой представлены результаты работы реставраторов всех 13 профильных мастерских и трех региональных филиалов (архангельского, вологодского и костромского). PDF-версия

Юбилейным в привычном смысле слова этот проект, впрочем, назвать можно с известной натяжкой: в экспозиции — уникальные памятники, либо только что прошедшие полный реставрационный цикл, либо переживающие его финальную стадию. Так что, скорее, это полновесный натурный отчет о повседневной деятельности центра, для которого мастера-реставраторы поделились самыми последними результатами своей работы.

Почти полторы сотни экспонатов разместились в двух залах, один из которых полностью отдан под памятники восточнохристианского искусства: фрагменты восстановленных росписей церквей и отреставрированные иконы, древние книги и старинные облачения, возвращенные к жизни элементы храмового убранства. Все они без исключения в обновленном виде предстают перед публикой впервые. Сейчас посетителям предоставляется счастливая возможность увидеть их в едином экспозиционном пространстве. Ведь еще до конца года подавля­ющее большинство этих раритетов разъедется «по домам» — в музеи, которые отправляли их в столицу на реставрацию. Остальные же вернутся к мастерам, чтобы те довели их до совершенства в кропотливом производственном процессе.

Столы с библиографическими памятниками закрыты тканью: лишний свет древним книгам противопоказан. Проводящий экскурсию гид, подходя к стенду, откидывает полог... Эти страницы, дошедшие до нас сквозь глубину веков, — подлинно национальное достояние. ­Мало кто из образованных верующих не слышал о Сийском Евангелии. И в церковный, и в научно-исторический обиход Евангелие-апракос вошло по имени Антониево-Сийского монастыря, в собрании которого было обнаружено в 1829 году. Но первоначально царь Иван Калита, как сказано в послесловии памятника (л. 216), повелел создать его для монастыря Богородицы на Двине, то есть для Успенской обители, располагавшейся на месте нынешнего села Лявля (других монастырей на Подвинье, тем более богородичных, в середине XIV века, как доподлинно известно, не было). Сейчас посетителям демонстрируют два листа оригинальной рукописной книги на пергаменте, заставку и миниатюру. На реставрацию из академического собрания Российской государственной библи­отеки она поступила в удручающем состоянии, главной причиной которому — датирующийся XVIII столетием кустарный переплет: мягкие картонные крышки, обернутые, в свою очередь, пергаментом (скорее всего, взятым с какой-то древней грамоты, на что указывает красочная орнаментальная рамка). Переплетчик жестко проклеил корешок, да еще и прошил его ремнями. Избыток клея со временем вызвал глубокие деформации, корешковая часть стала изгибаться в обратную сторону и разрываться. «Нам пришлось расшивать весь блок и восстанавливать каждый лист по отдельности, — говорит художник-реставратор Владимир Кочетков. — Старые материалы мы сохраняем, но конструктивный принцип переплета немного видоизменяем, чтобы при последующей работе с рукописью листы не травмировались».

Композиционной доминантой верхнего выставочного зала предстают расписные «небеса» из Кенозерского национального парка в Архангельской области. У верхней части убранства Тихвинской часовни (деревня Хвалинская) в прошлом веке оказалась трудная судьба. В 1930–1940-е годы навершие с главкой разобрали, роспись в интерьере забелили, а в помещении устроили магазин со складом. Добравшиеся до этого крайне редкого и старинного (как оказалось при внимательном рассмотрении, 1790 года) памятника энтузиасты в 1960–1970-е годы предприняли самодеятельную реставрацию. От нее, увы, оказалось больше вреда, чем пользы: вместе с побелкой оказался смыт красочный слой, истончившийся до такой степени, что через него проступал рисунок древесины.

«К счастью, кое-где под побелкой обнаружились наклеенные в советское время бумажные полосы. Под ними уцелели фрагменты первозданной росписи с плотным красочным слоем, — рассказывает пресс-секретарь Центра имени Грабаря Ирина Осипова. — По ним и удалось воссоздать всю композицию. Кроме того, колоссальные усилия были потрачены на борьбу с морозостойким жучком. Сильно деградировавшую древесину пришлось кое-где дополнять современным материалом». В Кенозерском национальном парке «небеса», видимо, разместят в одном из выставочных комплексов наподобие адаптированного к современным стандартам экскурсионной деятельности амбара; в Тихвинской же часовне, скорее всего, появится их полноразмерная копия в виде оцифрованной распечатки.

Покров на раку преподобного Пафнутия Боровского (вклад князя Лыкова-Оболенского датируется 1632–1633 годами) реставраторы получили с колоссальными иссечениями. Оказалось, дело в мучном клее, который обильно использовали при поновлении облачения примерно век назад. И снова кропотливейшая процедура: реставраторам пришлось тщательно вымывать чужеродный состав из структуры всей ткани, а деструктированные элементы восстанавливать нейтральной синтетикой точно такой же расцветки при помощи тончайшей, практически ювелирных размеров иглы.

Плащанице «Погребение Христа» не повезло уже в наши дни. В Псковский объединенный государственный музей-заповедник она поступила в 1925 году из единоверческой Троицкой церкви села Большое Загорье. В среднике облачения XVI века — многофигурная композиция «Положение во Гроб», по кайме золотыми нитями пущен текст песнопений Великой субботы. В Центр имени Грабаря плащаницу направили на плановую реставрацию, где с ней начали проводить подготовительные процедуры. А в 2010 году в здании случился пожар, в котором памятник не сгорел лишь чудом: на него с потолка свалились фрагменты штукатурки, защитившие нежный материал от пламени и от жара. Но все же и шелк, и нити декора понесли колоссальный урон, а холщовая основа местами прогорела насквозь. Так что результат восьмилетней скрупулезной работы мастерской реставрации тканей под руководством Елены Семечкиной иначе как удивительным не назовешь, и сейчас он впервые демонстрируется публично.

Пострадала в пожаре 2010 года и знаменитая «Псковская Одигитрия» — к счастью, не критично, и не столько от огня, сколько от воды, которой тушили пламя. Вообще эта икона XIII столетия (по мнению современных исследователей, она могла быть в иконостасе Богородице-Рождест­венского собора псковского Снетогорского монастыря) у московских реставраторов находится уже свыше полувека! Сначала Наталья Дунаева под микроскопом бережно, миллиметр за миллиметром удаляла один за другим позднейшие записи (на отдельных участках выявлено восемь слоев). Эстафету у нее приняла Марина Скутте, трудами которой авторская живопись полностью раскрыта. Сохранены вставки с позднейшими записями, от воска и клея зачищены стыки досок. Но тут о завершении работ говорить пока рано. «Нам еще предстоит по-настоящему почувствовать и понять эту икону, чтобы не допустить ситуации, когда она будет отреставрирована слишком хорошо. В нашем ремесле это тоже считается ошибкой», — объясняет заместитель директора Центра по научно-методической и выставочной работе Ольга Темерина.

12 ноября 2018 г. 09:58
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи