iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Репортажи
Борисоглебский монастырь с высоты птичьего полета
ЖМП № 9 сентябрь 2016 /  24 июля 2017 г. 16:00
версия для печати версия для печати

Одним миром

КАК БЛАГОДАРЯ ПРИХОДУ ПРОВИНЦИАЛЬНЫЙ МОНАСТЫРЬ СТАЛ ИЗВЕСТЕН И ПОЧИТАЕМ ВО ВСЕЙ РОССИИ

Иван-чай пахнет недлинным русским летом, низким небом, луговым разноцветьем на дороге от Ростова Великого к Угличу. В терпком его вкусе — десятки поколений живших и кормившихся от родной земли хлебопашцев, сотни исхоженных нищими босоногими странниками верст и напутственная спозаранку материнская молитва. Есть в нем и добросовестный труд безымянных паломников — неутомимых крестоходцев, кропотливо собирающих соцветия кипрея ежегодно в конце июля. И еще этот маленький пакетик плотной бумаги несет имя великого святого подвижника Церкви Русской. К преподобному Иринарху Затворнику корреспондент «Журнала Московской Патриархии» отправился в юбилейный год: угодник Божий окончил земной путь ровно четыре века назад — 13/26 н.ст. января 1616 года. Вернулся же из Ростовского Борисо-Глебского, что на Устье, монастыря я со знаменитым местным иван-чаем... Но не только с ним.

Отчаявшись разыскать настоятеля на территории обители, братия по просьбе московского гостя прибегла к современным средствам связи. «Батюшка в каюте! — выдала по мобильному телефону не совсем прогнозируемый ответ одна из прихожанок. — Видите меня? Машу вам рукой, в моем направлении идите!»

Монах с «Авроры»

Река Устье, на берегах которой стоит обитель, конечно, отнюдь не ручей. Однако ни линкора, ни сухогруза, ни даже катера, где поместилась бы каюта, на горизонте не просматривалось. Впрочем, шутки в сторону. Перешагнув видавший виды порог небольшого служебного корпуса при Сретенском надвратном храме, я увидел игумена Иоанна (Титова) — он сосредоточенно вглядывался в иллюминатор. «Там один из кораблей, которые встречают вторую русскую эскадру на рейде Порт-Артура», — объяснил мне отец Иоанн.

В маленьком круглом окошке виднелся силуэт крупного военного судна. Показалось даже, будто заходил пол под ногами. Иллюзию подчеркивало тщательно изображенное художником волнение.

«На "Авроре" во время русско-японской войны корабельным священником служил один из насельников нашего монастыря — иеромонах Анастасий (Рукин). Во время Гульского инцидента одной из осенних ночей 1904 года он оказался смертельно ранен, — продолжает игумен. — По подробному отчету очевидца боя капитана Егорьева мы смогли полностью воссоздать каюту отца Анастасия. На одном из армейских полигонов удалось прострелить листы металла — в точности так, чтобы остались следы от двух реальных снарядов. Правда, это металл ремонтный, а не настоящая судовая переборка. Первый снаряд прошел параллельно койке на 130-сантиметровой высоте от пола и разорвался в противоположной переборке. Осколками священника ранило в руку и в бедро. Начался пожар, отец Анастасий самостоятельно выбрался из каюты. В этот момент сюда угодил второй снаряд...»

Иеромонах Анастасий скончался от ран во французском госпитале марокканского Танжера 18/31 октября 1904 года, куда отправилась русская эскадра с театра боевых действий. При реконструкции его каюты монастырь предпринял потрясающую изобретательность. Иллюминатор на стенке — вековой давности, с «Авроры» (на героическом крейсере Военно-морского флота во время последних ремонтов заменялись пришедшие в негодность некоторые корабельные элементы, и несколько таких исторических артефактов передали в монастырский музей). «На аукционе за полмиллиона рублей продавался мраморный умывальник Рябушинского в сборе с краном и с мини-душем, как в авроровской каюте, — вспоминает отец Иоанн. — Ну откуда у нас столько денег?! Вскоре удалось приобрести точно такой же, но за 20 тыс. рублей. По архивным чертежам койку сделали из досок, из которых в начале XX века был сделан пол в Благовещенской церкви».

Флотскими пастырями служили еще четыре монаха Борисо-Глебского монастыря в священном сане. Иеромонах Паисий (Казанский) с броненосца «Полтава» скончался в Порт-Артуре в сентябре 1904 года, где и нашел последнее место упокоения. Иеромонах Василий (Малиновский) похоронен тут, на монастырском кладбище. Иеромонахи Феодосий (Крутовский) и Никон (Козлов) после службы на флоте вернулись в родные монастырские стены. Это происходило при архимандрите Ювеналии (Штынкине; †1906), погребенном с северной стороны собора Бориса и Глеба. В честь пяти насельников и сложивших головы на далеких восточных фронтах сельчан-борисоглебцев у Святых врат появился лаконичный монумент: Голгофа с пояснительной табличкой и корабельным якорем на поросших мхом валунах. Много ли найдется на Руси населенных пунктов, достойно чтущих память о павших в 1904–1905 годах воинах?

«Еще недавно на этом самом месте музейные посетители любили фотографироваться в полуобнаженном виде. Следующее, что они видели, — общественный туалет на месте кладбища, — вспоминает отец Иоанн. — Ведь прежде погост занимал шестую часть монастырской территории. В 1928 году началось уничтожение кладбища, так что остались лишь бугорки, указывавшие на места прежних могил. Тогда же были сброшены и колокола с монастырской звон­ницы».

Долгих 65 лет не видели монастырские храмы богослужений. Последние два десятка лет по соседству жили возрождающийся монастырь и светский музей. И в позапрошлом году наконец-то разрешился вопрос о полном выводе филиала Ростовского кремля с монастырской территории.

«Тут же пошли разговоры о ликвидации последнего в поселке культурного очага. Поэтому нам ничего не оставалось, как открыть собственный музей, — продолжает игумен. — В прошлом году его сотрудница — гид-переводчик — ко всеобщему удивлению оказалась второй на конкурсе музейных работников Ярославской области. Музей — детище монастырское. Но всё, что вы здесь видите, сделано по приходской инициативе. Разрабатывали его дизайн, приобретали и изготавливали детали интерьера исключительно прихожане».

В подклете Сретенского храма, где в музейные времена был дровяник, готовится к открытию еще один музей — Российского императорского флота. Каюта — лишь часть его экспозиции. Нактоуз конца XIX века и штурвал удалось найти в Америке. Рядом с ними скоро появятся переговорная трубка с машинным телеграфом. Завершается работа над панорамой Цусимского сражения и картой следования Второй тихоокеанской эскадры. Посетителей встретят манекены в форме капитана первого ранга «Авроры», гардемарина «Верного» и матроса «Полтавы». Места в обрез (одновременно на экскурсию пригласят не больше десятка посетителей), поэтому основные мемориальные экспонаты: боевые медали, флотские погоны, офицерские кортики — разместятся в выдвижных ящиках в двух нишах. Этим, разумеется, также занимаются прихожане обители.

«А модели кораблей, на которых служили наши священники, заказали местному судомодельному клубу "Гангут". Лучше них всё равно никто не сделает!» — улыбается отец Иоанн.

Некоммерческий проект

Казалось бы, Борисо-Глебская обитель всем своим видом подчеркивает собственную инаковость, надмирность. Окруженный 1040-метровой крепостной стеной трехметровой высоты с тремя рядами бойниц и 14 башнями, монастырь сильно походит на коренастого русского богатыря, занявшего стратегически выгодное положение в речной излучине. Здесь — брань духовная, а мир с его житейскими попечениями, повседневными заботами, приходскими храмами — там, за воротами. Собственно, и поселок-то, первоначально возникший как придаток к монастырю, долгое время назывался Борисоглебскими слободами.

Но сменились времена, и пришлось пахать — как в прямом, так и в переносном смысле. Когда в монастыре возрождалась богослужебная и монашеская жизнь, приход в округе действовал один-единственный — в селе Павлове в шести километрах от поселка. Это потом уже стали селиться в окрестностях здраво смотрящие на жизнь православные верующие экономически активного возраста со всей страны (подробнее об этом мы писали в материале «Борисоглебский феномен. С миром принимаем» в № 7 ЖМП за 2013 год). Начали зарождаться молодые приходы, открываться храмы, создаваться рабочие места. А поначалу к Христовой вере возвращать местное население приходилось монастырской братии. Постепенно сформировался внушительный (даже по городским меркам) приход большой обители — явление исторически для Русской Церкви не вполне привычное. Конечно, речи об исключительности тут нет: тогда, в 1990-е, подобные процессы шли в очень многих возвращенных Церкви монастырях. Но именно прихожане из поселка Борисоглебский «открыли» одноименный монастырь для всей страны. В чем секрет?

«Поначалу малочисленные первые встречи с местными учителями и школьниками вылились в Иринарховские чтения, — вспоминает отец Иоанн. — Это теперь в них не зазорным считают участвовать ученые с именем со всей страны. На последние чтения, между прочим, съехались три десятка историков с научными степенями. А тогда мы рассматривали это мероприятие как замечательную возможность рассказать о преподобном Иринархе. Ведь в советские годы память о великом святом подвижнике не то что искажалась — нещадно извращалась: музей даже, было дело, создал экспозицию "Каменный мешок", где угодника Божия изображали "посаженным на цепь за недоимки крестьянином"»!

Узнав о святом заступнике этих мест, люди пожелали возродить трехвековую традицию Иринарховского крестного хода. В этом году он прошел уже в 20-й раз. А в 1997-м предстояло не только разработать маршрут от монастыря к родине преподобного — к выкопанному им самим в километре от села Кондакова колодцу (здесь его ласково называют «колодчиком»). Надо было исследовать трассу, определить дороги и тропы, да и просто выяснить, реально ли сегодня браться за столь многотрудное предприятие. И это сделали тоже прихожане — группа школьников во главе со школьным учителем физкультуры Еленой Апраксиной. Прошли годы — и Елена Николаевна возглавила спортивный клуб русской лапты «Борисо-Глебская застава», объединивший несколько команд разных возрастов и воспитавший 19 кандидатов в мастера спорта.

«Дальше — больше, — продолжает отец Иоанн. — Иринарховские чтения превратились в научный форум, а нам необходимо было регулярно собираться, чтобы продолжать обмен опытом по патриотическому и духовному воспитанию молодежи. Так возникла региональная конференция "Добрые традиции", из которой, в свою очередь, выросло движение "За добрые традиции земли Борисоглебской". Местное отделение общественного международного Фонда славянской письменности и культуры (тоже, кстати, открытое при содействии монастыря и силами прихожан) регулярно выпускает сборник его материалов. Причем это не пустопорожняя болтовня, а реальные дела. Вот хотя бы один пример. Представители одной из районных школ запустили программу "Созидание". Выбирают один из разрушенных храмов и начинают приводить его в порядок. Приезжают добровольцы, составляют план, формируют бригады...»

Шло время, разнообразные идеи по гармоничному воспитанию молодежи находили всё новые возможности для реализации. Двукратный чемпион СССР по судомодельному спорту борисоглебский прихожанин Евгений Попов организовал клуб судомоделистов «Гангут». «Еще у нас есть военно-патриотический клуб "Святогор". Только что на общероссийских соревнованиях по джиу-джитсу его представители взяли одно первое и два вторых места. Видели, кубки уже в шкафах и на полках не помещаются? — радостно спрашивает игумен. — Думаем в одной из наших угловых башен — самой высокой 38-метровой Максимовке — открыть небольшой культурно-просветительский центр: наверху — общедоступная библиотека для мирян, внизу — завоеванные нашими спортсменами призы и экспозиция уникальной коллекции церковных медалей».

У Максимовки, кстати, собственная богатая биография. В XIX веке монастырские башни, было дело, сдавались в аренду местным крестьянам, а самым добросовестным арендатором считалась булочница Мария Максимовна Лапина. Ее отчество и оставило след в монастырской топонимике! В ином месте об этом лишь упомянули бы одной строчкой в историческом буклете, да и успокоились бы. Но, видно, какой-то в Борисоглебском поселке особый воздух... Здесь решили возродить рецептуру традиционного зернового хмелевого хлеба! Продает его монастырь, кстати, по себестоимости. А главный пекарь, как и следовало ожидать, еще один прихожанин. Вернее, прихожанка.

«Ангелина Макаркина трудится во славу Божию, — рассказывает отец Иоанн. — Врач по образованию, окончила, между прочим, французскую школу в столице. Наконец, главный наш некоммерческий проект — Иринарховский иван-чай. Первую партию монастырь успешно выпустил еще в 1995 году, но то был эксперимент. А во время одного из крестных ходов я благословил группу молодежи из школы духовно-нравственного и патриотического воспитания "Славяне" собирать по пути следования лекарственные травы. Их букетиками украшалась икона преподобного Иринарха, а увядшие соцветия собирали в мешочки. Высушенные, они составили первый сбор монастырского чая. Он очень понравился приехавшим в нашу обитель паломникам. И вот начиная с 2010 года наши прихожанки делают иван-чай уже по древним рецептам. Кипрей собираем исключительно по маршруту крестного хода... Да всё, что вы здесь видите, — заслуга прихода. Он занимается поддержкой сайта, издательством, выпуском газет, уборкой внутри храма. Братии в монастыре немного, и наших сил хватает только на богослужение. Вон специальный ящичек для пожертвований на украшение цветами. Их тоже приход собирает. В монастыре в разгаре реставрация, служим сейчас в летнем соборе. Шесть двухкиловаттных обогревателей в зимние морозы не спасают: холодно. Но от прихожан в субботу и воскресенье тепло и даже жарко: богомольцы еле помещаются! А если еще одно праздничное богослужение среди недели — так и слава Богу, тепло и ногам, и сердцу. В общем живем благодаря приходу, его молитвами и спасаемся».

Тайна печенюшечной

Помимо игумена в братии монастыря сейчас три иеромонаха, один иеродиакон и шесть монахов. Все — местные постриженики, перед принятием иноческих обетов по 8–9 лет проходили в послушниках. Столь же стабилен и состав трудников (в основном в их число принимают жителей Центральной России).

Принципиальная позиция игумена в следующем: если человек, даже не проявивший большого усердия в молитве, пробыл в монастыре длительный срок, Господь ему в монашестве обязательно поможет. Сам по себе срок, объясняет собеседник, конечно, гарантией не является, но всё же риск нежелательных последствий снижает. Поэтому продолжительность прохождения тех или иных ступеней иноческого возрастания в обители определяется индивидуально. Может быть, поэтому за всё это время из монастыря ушел лишь один монах.

Главное, говорит игумен, не забывать: всё хорошее, что есть сегодня в монастыре: прихожане, щедрые жертвователи, сделанные от всего сердца вклады, — посылает обители преподобный Иринарх. «Мы чувствуем: он с нами, ощущаем его помощь и заступничество. Видимым образом преподобный еще в 1985 году являлся местным жителям — работникам устроенного тогда под историческим зданием монастырской звонницы бара. Как они рассказывали, случалось это осенними вечерами, — вспоминает отец Иоанн. — Сначала одна женщина увидела вышедшего из-за алтаря Сергиевского надвратного храма босого, в халате чуть ниже колен, с седыми слипшимися волосами и бородой пожилого человека. От испуга замерла, начала непроизвольно креститься. А преподобный Иринарх постоял, вздохнул, произнес: "Усерднее молитесь", отошел в сторону и исчез. После того как это повторилось несколько раз, сотрудники бара принялись уходить с работы большими группами. А потом, когда в музее узнали нашего святого по его образу, повстречали еще раз. Крестятся — он не отходит, стоит недвижно. Стали обходить стороной — он снова вздохнул, произнес: "Вот так и обходите", и сделался невидим. Те люди до сих пор живы, посещают наши богослужения.

Отец Иоанн говорит, что и в повседневной жизни преподобный всегда рядом: «Расскажу один житейский случай. Два десятка лет назад у братии, случалось, не всегда доставало на трапезе хлеба. А однажды вечером вижу: насельники пьют чай с печеньем. Ну, в самом деле, неужели не могли с хлебом попить, а вдруг завтра гости? — размышляю с легким укором вслух. И слышу за спиной: "Пожалел!.." "Да не пожалел, — оборачиваюсь. — Поймите: нет у нас в достатке печенья — значит, не нужно оно нам. Надо будет — преподобный тонну пришлет!" Слышу — ропот за спиной не стихает. А на второй день приходит машина... ровно с тонной печенья — с одной московской кондитерской фабрики. Мы им полностью забили комнату в настоятельских покоях, которую с тех пор зовем печенюшечной. Весь Великий пост раздавали печенье прихожанам, а насельники ходили и нюхали запах от него. Как пост закончился — опустела печенюшечная. Слышу, опять братия недовольна: а нам-то не досталось! И снова приходит машина, привозит еще тонну печенья. Так трижды повторялось — еще и на крестный ход того печенья хватило!»

Многократные случаи исцеления больных по молитвам преподобного Иринарха описаны в его полном житии. Но это дела минувших дней, а чудеса продолжаются и сегодня. Об одном, далеко не единственном подобном случае, происшедшем несколько лет назад, корреспонденту «Журнала Московской Патриархии» рассказала гид монастырского музея Наталья Шеина: «Младенец Матвей из семьи наших прихожан страшно страдал от тяжелой формы диатеза. На его теле от сыпи не было живого места. Отправилась эта семья в паломничество к колодчику преподобного Иринарха, и Матвей попросил у родителей разрешения окунуться в купели одному. Его предупредили, чтобы спускался в воду осторожнее. Не проходит и минуты — мальчик выбегает радостный, заливаясь от смеха, показывает на свое тело, а там и следа от сыпи нет! И так была велика Матвейкина радость, что он, несколько потеряв чувство меры, принялся поглощать конфеты и шоколад буквально горстями. Через несколько дней такого безудержного увлечения сладостями мелкая сыпь начала появляться снова. Но это, наверное, было Божие вразумление: как только ребенок понял, что не следует искушать Господа, болезнь прекратилась окончательно».

Святые места

Обновлением обширной, площадью почти 6 га, территории у монастыря сил заниматься пока нет. Но концепция ее благоустройства увидела свет, и теперь предстоит разрабатывать проект планировки. Сейчас на месте выросших из самосева непролазных дебрей уже разбит сад, рядом стоит новый сруб монастырской бани.

Насельники обитают в двух корпусах XVI–XVII столетий: в Настоятельских покоях и в Просфорном доме, известном еще как «архиерейская кухня». Еще один памятник — Архиерейский дом (в близком Ростове Великом прежде располагалась кафедра местной епархии) — музей монастырю передал в критическом состоянии, с изъеденными грибком стенами. В центре каре немым укором смотрят на посетителей развалины Братского корпуса 1520 года. Они до сих пор на балансе у государства. «В 1990-е годы музей демонтировал и крышу, но дальше дело с реставрацией не пошло, — объясняет настоятель. — Когда мы полтора десятка лет назад просили передать здание монастырю, нам отказали. А теперь мы и сами не дерзнем брать на себя такую обузу, пока государство не даст гарантию, что его восстановят. Ведь уже стены рушатся».

Главные строительные усилия сейчас направлены на два храма, в которых протекает богослужебная жизнь. Их сооружение напрямую связано с молитвенным заступничеством небесных патронов обители — святых благоверных страстотерпцев Бориса и Глеба. Первые полтора века монастырь был деревянным, а в начале XVI века игумен Феофил по повелению великого московского князя Василия III занялся каменным строительством. Такое внимание московского княжеского «стола» к провинциальной, казалось бы, обители удивительно лишь на первый взгляд. Дело в том, что монастырь традиционно считался великокняжеским и царским. Так повелось с Василия II Темного и матери его Софии, нашедших тут убежище во время княжеских распрей. И впоследствии все царствующие особы из рода Рюриковичей держали здесь собственные кельи, приезжая в обитель как простые чернецы за духовным подкреплением. Так, в подклете Благовещенской церкви сейчас завершается восстановление старинной палаты, где трапезничал посещавший Борисо-Глебский монастырь начиная с 15-летнего возраста Иван Грозный.

Каменное строительство в самом начале натолкнулось на серьезное затруднение. Игумен Феофил долго не мог найти известь и очень из-за этого переживал. И когда однажды, стоя на молитве, он заснул от утомления, ему явились святые страстотерпцы Борис и Глеб и ободрили его: «Не скорби об извести. Даст тебе Пречистая в домовой нашей отчине известь близ монастыря, при тебе начнут; и по тебе в пречистыя обители и в нашей здатися каменное здание не престанет. И мы в помощь к монастырскому строению будем» — и стали невидимы1. А через три дня к монахам пришел крестьянин из соседней деревни Качарки (позднее уничтоженной польско-литовскими интервентами, но оставившей след в районной топонимике: на ее месте, ныне в пределах поселка, располагаются Качарские пруды) и принес странные белые камни, обнаруженные поутру на свежевспаханном поле. Когда насельники обожгли их, увидели, что это известь, и она была, как заметил летописец, бела как снег. Хватило ее ровно на все каменные монастырские постройки: как только масштабное строительство завершилось, известь в Качарке закончилась2.

«Как считалось до издания в начале прошлого года писцовых книг Ростовского уезда за 1629–1631 годы, в XVI веке из каменных строений в нашем монастыре было только два главных храма, — рассказывает экскурсовод Наталья Шеина. — Но документы свидетельствуют: все основные здания монастырского ансамбля, за исключением северного надвратного Сретенского храма, уже были возведены к 1623 году. При этом очевидно: ни во время Смуты, ни сразу после нее, конечно, заниматься такими сложными и дорогими работами монастырь был не в состоянии. Значит, появились они раньше».

По уточненным данным, Борисо-Глебский собор освящен архиепископом Ростовским Иоанном 22 сентября 1523 года, теплая Благовещенская церковь — 7 октября 1527-го. Место для предшествовавших им деревянных церквей определил, по монастырскому преданию, сам преподобный Сергий Радонежский. В 1363 году он прибыл в Ростов, чтобы помирить местного князя Константина Васильевича с великим князем московским Димитрием Донским. Два монаха — первостроители обители Феодор и Павел, обитавшие к тому моменту несколько лет в кельях в густом «черном» лесу у дороги от Ростова на Белоозеро и Каргополь, отправились в город. Они испросили благословения у ростовского епископа Игнатия на устройство монастыря, а преподобного Сергия попросили помочь выбрать место для строительства.

На месте нынешнего Борисо-Глебского собора преподобный Сергий простоял, преклонив колена, три дня. Как драгоценную святыню в течение нескольких столетий монахи сберегали простой деревянный крест3, врученный первостроителям игуменом земли Русской со словами: «Призрит Господь Бог и Пречистая Богородица на место сие, и великие страстотерпцы Христовы Борис и Глеб в помощь вам будут. И место сие вельми возградится и будет превозносимо под большими лаврами». Через несколько дней святые Борис и Глеб впервые явились здешним насельникам. Устав от трудов, монахи Феодор и Павел заснули под древним кедром рядом со строившейся церковью и увидели один и тот же сон: два светлых воина в царских багряницах, назвавшись Романом и Давидом (имена, данные во святом крещении святым благоверным страстотерпцам Борису и Глебу), сказали: «Труждайтесь на месте сем. Бог и Пречистая Богородица не оставят места сего. А мы неотступно с вами будем и с теми, кто после вас будет строить обитель сию святую» — и стали невидимы.

Реставрация теплой Благовещенской церкви с Никольским приделом сейчас завершается. К ней уже подведен газ. «К 25 октября надо завершить все работы и обязательно запустить котельную, — планирует отец Иоанн. — В следующем году — Борисо-Глебский собор».

Реставрационные работы идут за счет подпрограммы «Наследие» федеральной целевой программы «Культура России» (весь монастырский ансамбль охраняется государством как архитектурный памятник). К 700-летию со дня преподобного Сергия Радонежского удалось привести в порядок южный надвратный Сергиевский храм. Внутрь же него реставраторы пока не заходили: там даже пола нет. Он, как и северная Сретенская церковь, ждет своего часа. Есть в центре каре еще один примечательный памятник: трехъярусная звонница. Нижние уровни этой постройки XVI столетия занимали кладовая и ризница, а наверху расположены ярус звона и часы с курантами. Частично их первозданный механизм, связывавший часобой со всеми колоколами звонницы, в конце XIX века был отправлен в ремонт, но в последствии утерян. Поэтому теперь специалисты из подмосковной Черноголовки изготовили новые куранты. К Пасхе 2009 года на звонницу Борисо-Глебского монастыря было поднято десять новых колоколов, отлитых на колокололитейном заводе «Италмас» в Романове-Борисоглебском (Ярославская область).

Вериги преподобного Иринарха

Мощи первостроителей монастыря преподобных Феодора и Павла почивают под спудом в северо-западной части Борисо-Глебского собора. Среди проживавших здесь иерархов Церкви числится святитель Тихон (Малышкин), архиепископ Ростовский и Ярославский (†1511, память 16/29 октября). В XVII веке подвизался в обители блаженный Алексий, Христа ради юродивый Борисоглебский (память в тот же день). В 2002 году к лику святых причислен иеродиакон Феофан (Графов) из числа последней послереволюционной братии (память 5/18 марта). Поистине же общенародную известность получил еще один здешний угодник Божий — преподобный Иринарх Затворник. Три десятка лет он пробыл в строжайшем затворе с веригами, общая масса которых под конец его земной жизни достигала полутора сотен килограммов. После преставившегося 13/26 января 1616 года в 68-летнем возрасте святого старца остались 142 медных креста, семь наплечных вериг, 20-саженная цепь весом более 4 пудов (одно ее кольцо он носил на шее, другое было намертво приковано к березовому комлю), 27-фунтовые железные ножные путы, 18 ручных оков, железные гирьки для перстов, обруч для головы, носимые на поясе пудовые «связни» и железная палка, которой он избивал, прогоняя бесов, свое тело...

Похоронить себя Иринарх Затворник завещал у западной стены Борисо-Глебского собора. Долго над его могилой стояла гробничная палата. Но когда она сгорела, над местом упокоения святого в 1810 году был устроен Ильинский придел. Там под спудом пребывают мощи и ныне.

До нас дошла только небольшая часть трудов преподобного Иринарха — 8,5-килограммовые праздничные полиелейные наплечные вериги. Их отцу Иоанну удалось разыскать в Угличском музее, куда те угодили из Троицкой церкви села Губачева (кстати, в монастырском соборе главный иконостас сейчас установлен как раз из того, ныне заброшенного, храма). Вериги постоянно хранятся в алтаре монастырского собора, и во время Иринарховского крестного хода его по очереди несут на себе крестоходцы. Кроме того, часть железного пояса прикована к окошку Иринарховской кельи-часовни, отреставрированной в 1990-е годы в центре восточной крепостной стены. По преданию, именно здесь беседовал преподобный Сергий с Феодором и Павлом, и именно в этом месте первостроителям обители явились страстотерпцы Борис и Глеб. Открытое окошко выходит на Транспортную улицу, и спешащие по своим делам борисоглебцы часто прикладываются к святыне...

СПРАВКА. Борисо-Глебский монастырь располагается на территории одноименного поселка в Ярославской области. Проезд: до станции Ростов Великий (Ярославский), далее по шоссе Ростов — Углич или любым автобусом до поселка Борисоглебский.

Веб-сайт Иринарховского крестного хода: икх.рф

ПРИМЕЧАНИЯ

1 В изложении «Повести о Борисоглебском монастыре от коликих лет и како бысть ему начало». См: Ростовский второклассный Борисоглебский монастырь. Ярославль, 1912. Цит. по воспроизведенному с соблюдением современных норм правописания изданию 2009 г. (с. 13).

2 «Прим. архим. Амфилохия к истории построения церквей Борисоглебского монастыря напечатано в Вестнике общ. древнерусского искусства № 1–12, 1874-6 г.». См. указ. соч., прим. 1. на с. 14. Как указано там же, если местные крестьяне брали известь с Качарки для личных целей, она тотчас становилась негодной.

3 В XVI в. его обложили серебряной басмой с надписью «Благословение игумена Сергия», в 1873 г. поместили в серебряный ковчежец. Ныне — в фондах Ярославского государственного музея-заповедника. См.: Лапшина С.А. «Труждайтесь на месте сем...» // Московский журнал. 2013. № 5.

Хмелевая закваска: рецепт Борисо-Глебского монастыря

Сухой хмель залить двойным количеством воды и кипятить 1 час. Отвар настоять, затем процедить. На 1 стакан полученного отвара добавляем ржаную муку до консистенции сметаны. Полученный раствор поставить в теплое место на двое суток. Признак готовности дрожжей: объем раствора удваивается. Этого количества закваски достаточно для выпечки хлеба из 4 кг муки.

Иринарховский иван-чай: технология, проверенная веками

Собирают кипрей вручную. Рассыпанный ровным слоем лист в течение суток вентилируют теплым воздухом до завяливания и измельчают. Затем в течение одних-двух суток помещают в покрытые влажной тканью баки. Готовый лист пропаривают в течение часа в духовке при 90оС и досушивают при 45–50оС.

Чайную ложку иван-чая залить стаканом горячей воды, закрыв крышкой, настоять 7–10 минут. Заваривать можно до 3–5 раз: вкусовой букет раскрывается ярче, а заварка, в отличие от обычного чая, становится вкуснее и полезнее.

Биографическая справка

Игумен Иоанн (Михаил Александрович Титов) родился в 1960 г. в Костромской обл. В 1991 г. поступил в число братии только что открывшегося в Ярославле Спасо-Яковлевского Димитриева монастыря. 8 апреля 1993 г. стал первым здешним пострижеником, принял постриг с именем прп. Иоанна Прозорливого Египетского. 10 апреля того же года рукоположен в иеродиакона, 3 июня — в иеромонаха. В апреле 1994 г. награжден наперсным крестом. 17 октября 1994 г. указом архиепископа Ярославского и Ростовского Михея (Хархарова; †2005) назначен временно исполняющим обязанности наместника Борисо-Глебского мужского монастыря. В ноябре 1994 г. решением Священного Синода назначен игуменом и с тех пор бессменно управляет обителью.

Преподобный Иринарх Затворник

Преподобный Иринарх, затворник Ростовский, родился в крестьянской семье в селе Кондакове Ростовского уезда. В крещении получил имя Илия. На 30-м году жизни святой принял постриг в монашество в Ростовском Борисо-Глебском монастыре. Там он усердно трудился в иноческих подвигах, посещал церковные службы, ночами молился и спал на земле. Однажды, сжалившись над странником, который не имел обуви, святой Иринарх отдал ему свои сапоги, и с тех пор стал ходить босой по морозу. Игумену не понравилось такое поведение подвижника, и он начал смирять его, заставляя часа по два стоять на морозе против своей кельи или подолгу звонить на колокольне. Святой всё переносил с терпением и не изменил своего поведения. Игумен продолжал жестокосердствовать, и преподобный был вынужден перейти в Авраамиев Богоявленский монастырь, где был принят в число братии и вскоре назначен келарем. Преподобный с усердием исполнял свое послушание, скорбя о том, что братия монастыря и служители не берегут достояние обители, расточая его без меры. Однажды во сне он увидел преподобного Авраамия Ростовского (память 29 октября), который утешил его и благословил раздавать всем потребное без смущения. Как-то во время пения Херувимской преподобный Иринарх громко зарыдал. На вопрос архимандрита он ответил: «Мать моя преставилась»! Архимандрит удивился. Еще не окончилась Литургия, как пришел к Иринарху брат Андрей и сообщил, что мать их Ирина умерла.

Оставив Авраамиев монастырь, преподобный Иринарх перешел в ростовский монастырь Святого Лазаря, поселился в уединенной келье и прожил в ней три года в тесноте и голоде. Старец, однако, имел желание возвратиться в свою первоначальную обитель — Борисо-Глебский монастырь. Он был принят обратно с любовью строителем Варлаамом и стал еще более сурово подвизаться в обители. Уединившись в затворе, подвижник железной цепью приковал себя к древесному комлю, наложил на себя тяжелые цепи и кресты. За это он переносил озлобление и насмешки от монастырской братии. В то время его навестил давний друг блаженный Иоанн Юродивый, предсказавший нашествие Литвы на Москву.

Четверть века провел преподобный Иринарх закованным цепями и веригами, в тяжелых трудах. Подвиги его обличали нерадиво живших в обители, и они солгали игумену, что старец учит не ходить на монастырские работы, а подвизаться подобно ему. Игумен поверил клевете и изгнал святого старца из обители. Смиренно покорившись, преподобный Иринарх опять ушел в Ростов и прожил в монастыре Святого Лазаря один год. Между тем борисоглебский игумен раскаялся в своем поступке и послал иноков за преподобным Иринархом. Он возвратился, укоряя себя, что живет не так, как братия, несущая праведные труды, которых он лишен. Преподобный продолжал носить свои тяжкие вериги и, трудясь, изготовлял нищим одежду, вязал волосяные свитки и клобуки. Он спал ночью лишь один час или два, остальное же время молился и бил свое тело железной палкой.

Святому Иринарху было видение о том, что Москву захватит Литва, а церкви по местам будут разорены. Он стал горько плакать о предстоящем бедствии, и игумен повелел ему ехать в Москву и предупредить царя Василия Иоанновича Шуйского (1606–1610) о грозящей беде. Преподобный Иринарх выполнил послушание. Он отказался от предложенных ему царем даров и, вернувшись, стал усердно молиться, чтобы Господь помиловал Русскую землю.

Враги явились на Русь, стали завоевывать города, избивали жителей, грабили монастыри и церкви. Лжедимитрий и второй самозванец стремились покорить Русь польскому королю. Борисо-Глебский монастырь также был захвачен врагами, которые вошли к святому затворнику и удивились прямым и смелым речам старца, предсказавшего им гибель.

Лютый гетман Ян Сапега, остановившись в Борисо-Глебском монастыре, пожелал видеть сидящего в цепях старца и удивился его подвигу. Когда паны, пришедшие с Сапегой, сказали ему, что старец молится за Шуйского, преподобный смело сказал: «Я в России рожден и крещен, за русского царя и Бога молю». Сапега отвечал: «Правда в батьке велика — в которой земле жить, той земле и служить». После этого преподобный Иринарх стал убеждать Сапегу уйти из России, предсказывая ему в противном случае смерть.

Преподобный Иринарх внимательно следил за ходом войны и послал князю Димитрию Пожарскому свое благословение и просфору. Он велел ему идти под Москву, предсказав: «Увидите славу Божию». В помощь Пожарскому и Минину преподобный передал свой крест. С помощью Божией русские одолели Литву, князь Пожарский овладел Кремлем, и в Русской земле постепенно начал водворяться мир. Старец Иринарх по-прежнему непрестанно молил Бога со слезами об избавлении Руси от врагов и, обладая силой творить чудеса, исцелял больных и бесноватых. Ему был открыт день кончины, и он, призвав учеников Александра и Корнилия, стал давать им наставления и, простившись со всеми, тихо отошел ко Господу в вечный покой 13 января 1616 года. После смерти преподобного Иринарха совершалось много чудес при его гробе, особенно же исцелений больных и бесноватых при возложении на них крестов и цепей святого подвижника.

Использованные источники: Жизнь преподобного Иринарха, затворника Борисо-Глебского монастыря, что на Устье-реке. Сост. архим. Амфилохием. 2014 (по изданию 1869 г.); Преподобный Иринарх Затворник. Акафист и житие. 2015.

ЧИТАЙТЕ НА НАШЕМ САЙТЕ: ВПЕЧАТЛЕНИЯ УЧАСТНИКОВ ИРИНАРХОВСКОГО КРЕСТНОГО ХОДА В МАТЕРИАЛЕ ЕКАТЕРИНЫ ПЯТУНИНОЙ

24 июля 2017 г. 16:00
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи