iPad-версия Журнала Московской Патриархии выпуски Журнала Московской Патриархии в PDF RSS 2.0 feed Журнал Московской Патриархии в Facebook Журнал Московской Патриархии во ВКонтакте Журнал Московской Патриархии в Twitter Журнал Московской Патриархии в Живом Журнале Журнал Московской Патриархии в YouTube
Статьи на тему
Церковь
Фото Василия Нестеренко
ЖМП № 9 сентябрь 2016 /  25 июля 2017 г. 16:00
версия для печати версия для печати

Невыносимая легкость вериг

Иринарховский крестный ход — кульминация борисоглебского лета. Это 75 км цветущих полей и усыпанных ягодами лесов. Это пять дней пути по оживающим раз в году тропинкам через мертвые, полуживые и живые села, где всё еще просвечивают искусная резьба и кружева наличников. Это обязательные остановки у храмов. Рядом с разрушенными служатся молебны, возле погостов — панихиды. В действующих проводятся вечерние богослужения и совершаются Литургии. Некоторые церкви открываются специально для крестного хода. А ведь всего два десятка лет назад началось возрождение самого крестного хода — через возрождение источника преподобного Иринарха.

Ежедневно в крестном ходе участвуют от 1500 до 2000 человек со всей России, стран ближнего (в этом году прибыл автобус из Латвии) и даже дальнего зарубежья. Всего же участников, с учетом выходящих на отдельные участки маршрута, насчитывается около 5 тыс. человек.

Крестный ход начинается в Борисо-Глебском монастыре от кельи преподобного Иринарха и движется на его родину, в село Кондаково, и к источнику, который будущий святой — тогда еще просто благочестивый юноша Илья — вырыл собственными руками и сам поставил первую часовню. За три века возведенная святым часовня не раз перестраивалась. Последний раз ее успели обновить перед революцией, в 1916 году, в честь 300-летия преставления преподобного Иринарха.

Советская эпоха оставила от часовни две каменные глыбы. Колодец засыпали мусором. Говорят, что крестные ходы верующие дерзновенно продолжали вплоть до 1920-х годов, но только в 1996 году появилась надежда восстановить многовековую традицию.

На тот момент Иринарховский источник был уже расчищен и местные жители пользовались им как простым колодцем. Обязательно брали там воду для засолки огурцов. Считали, что тогда они получаются необыкновенно вкусными.

«Когда принимали нас в гостях, приговаривали: "Пейте-пейте чай, вода у нас вкусная, особенная", — вспоминает супруга настоятеля Ильинского храма в селе Ивановском священника Феодора Божкова матушка Мария. — Конечно, тропинка там была протоптана, а место такое болотистое. Источник находится в овраге, надо было спускаться вниз. Настелили мосточки. В первую очередь поставили поклонный крест и сразу начали сооружать купальню, чтобы участники первого крестного хода могли окунуться».

В этом году крестный ход пришелся на 20–24 июля. Епископ Переславский и Угличский Феодор открыл его в Борисо-Глебском монастыре, а завершил на пятый день Литургией в Кондакове и молебном у Иринарховского колодца. На второй день крестный ход остановился на ночь в селе Ивановском, знаменитом на весь район своей школой и учителями-подвижниками. Здесь — первый восстановленный на маршруте крестного хода храм — во имя Илии Пророка.

Его настоятель — священник Феодор Божков — участник Иринарховского хода с 1999 года. Он делает акцент на особой миссии крестоходцев. Все заброшенные храмы, которые встречаются по пути, начинают потихоньку возрождаться к жизни: «Сначала там прибираются. Потом храм потихоньку приспосабливают под службу раз в год, затем постепенно ремонтируют и возрождают.

Раз в год совершается Литургия на родине преподобного Иринарха в селе Кондакове. Последние два года мы стали практиковать консервацию храмов. Своды церкви закрывают прочным легким тентом, который защищает его от внешних воздействий и дальнейшего разрушения. В таком состоянии храм может дожидаться своей очереди годами».

«Когда прокладывали маршрут первого крестного хода, учительница физкультуры Елена Николаевна Апраксина бежала впереди, — продолжает Мария Божкова. — Насельник монастыря брат Глеб нес фонарь, видел ее и шел куда нужно. Мы с девочками садились на пригорках и пересчитывали людей, чтобы сообщить на кухню, сколько еды готовить. Однажды посетовала игумену монастыря отцу Иоанну (Титову): "Батюшка, что-то мне крестный ход теперь не нравится. Раньше было 90–100 человек, так душевно, а теперь — 1500–2000 человек"! На что отец Иоанн ответил: "Тогда было душевно, а теперь — духовно"».

«Здесь вокруг единомышленники. Если в Москве вдруг мелькнет знакомое лицо с крестного хода, без стеснения подойдешь и скажешь: "Привет"! Мы радуемся друг другу, как земляки в эмиграции. В эмиграции из потерянной православной Руси. Иринарховский крестный ход — это как град Китеж, который раз в год всплывает в Борисоглебском районе», — рассказывает 34-летний Илья Бобылев, участник Иринарховского крестного хода на протяжении последних пяти лет.

Иринарховский крестный ход и впрямь самобытен, пожалуй даже демократичен. Хочешь — просто иди или читай акафисты. Хочешь — ешь ягоды, плети венки, пой православные песни, общайся с близкими по духу людьми или дыши воздухом трав и лесов. Вериги преподобного Иринарха перелагают на ходу с одного участника на другого, их дают понести даже женщинам. Многие идут в стилизованной под старину одежде — в льняных рубах, косоворотках; женщины — в сарафанах, льняных платьях, некоторые — с лентой вокруг головы вместо платка.

Священника же Феодора Божкова больше поражают добрые, одухотворенные лица людей: «Крестный ход — это всегда борьба с собой, и на очень многих лицах видна борьба с человеческой немощью и победа. Я как священник свидетельствую: для многих участие в крестном ходе — шаг к исповеди. Немало людей любят наше Отечество, красоту нашей природы, возможность увидеть которую дает Иринарховский крестный ход, но при этом мало знают о Церкви. Здесь же, идя через родные просторы, они видят добрые лица людей и понимают: в основе всего этого Бог, Церковь. Для таких людей наш крестный ход становится переломным моментом в мировоззрении».

25 июля 2017 г. 16:00
HTML-код для сайта или блога:
Новые статьи
Митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий: На посох священномученика Платона я опираюсь до сих пор
Эстонскую Православную Церковь постигла тяжелая утрата. На 94 году жизни скончался митрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий. Долгая жизнь владыки Корнилия вместила в себя многие коллизии XX века. Сын белого офицера, эмигрировавшего в Эстонию, владыка решился на служение в Церкви, за что был репрессирован после войны. На его плечи легла тяжелая ответственность сохранения Эстонской Православной Церкви после обретения страной независимости. Так уж сложилось, что за три месяца до своей кончины старейший иерарх Русской Православной Церкви дал свое последнее интервью «Журналу Московской Патриархии», в котором подробно рассказал о своей жизни и служении в Эстонии. Редакция Журнала выражает самые искренний соболезнования и предлагает вниманию наших читателей это интервью. ПДФ-версия 
19 апреля 2018 г. 21:05