Дилемма для посвященных

Учреждение Патриаршей литературной премии стало выражением важной тенденции — стремлением к реальной, недекларативной поддержке современной культуры. Вместе с тем вручение первой премии, состоявшееся 26 мая, говорит о том, что православная культура не воспринимается как часть современной российской культуры. Каковы будут приоритеты? Премия будет развиваться как поощрение только церковных писателей или более широко — тех, кто в своем творчестве свидетельствует о евангельском идеале? Этот важнейший вопрос организаторам предстоит решить в ближайшее время.

 В развитии современной культуры литературные премии играют важную роль. Победители и номинанты получают тиражи и «раскрутку», читатели — навигацию, издатели — продвижение книг. Престижнейшие мировые премии вроде Нобелевской, Букера, Пулитцеровской и Гонкуровской во многом определяют историю мировой литературы. И в России, несмотря на кризис старейшей премии — «Русского Букера», сегодня дела обстоят неплохо. «Большая книга» смогла за пять сезонов в полном соответствии с названием стать самой респектабельной и в то же время без подрывающего доверие пафоса. «Национальный бестселлер» («Нацбест») — скандальная, неожиданная, но престижная. Из премий помельче авторитетны «Ясная поляна» за продолжение толстовских традиций нравственной литературы и «Премия И.П. Белкина» за малую прозу. Особняком стоит премия «Просветитель» за произведения non-fiction — научно-популярную литературу,  идеологи которой перенесли на российскую почву мировую моду на чтение «умных книг», интерес к науке.  Важнейшим «движком» литературной жизни России стала премия «Дебют» для молодых литераторов. Ежегодно члены жюри отбирают из тысяч работ авторов моложе 25-ти лет со всей страны несколько победителей, которые помимо денежного приза и моральной поддержки получают возможность публикации своих произведений, и, что самое важное, их вводят в литературное сообщество, дают им среду общения. В общем, несмотря на то что среди критиков и писателей по поводу каждой премии существуют негативные мнения, литературные премии — важный инструмент культурной политики.

В конце мая была вручена первая Патриаршая премия по литературе. Сам факт ее появления вызвал большой интерес как в среде профессионалов — православных издателей и литераторов, так и у широкой публики, следящей за литературным процессом. В самом деле, все премии, чего лукавить, имеют пусть не артикулированную, но подразумеваемую ценностно-идеологическую ориентацию. И от Патриаршей премии ждали как минимум исполнения в литературном процессе той роли, которую в развитии кинематографа играет христианское жюри крупных международных фестивалей: оценки современных произведений с точки зрения евангельских ценностей, отбора из списка актуальных и читаемых авторов тех, чей взгляд на мир, чье вопрошание созвучно христианскому мировоззрению.

Организаторы премии встали перед дилеммой, которую церковная общественность решает для себя не первое десятилетие: христианская культура — это отдельное явление или часть мировой культуры, а может быть, и лучшее, что в ней есть? Эта дилемма была успешно решена в журналистике: еще на первом православном фестивале СМИ «Вера и слово» в 2004 году было заявлено, что православные журналисты — неотъемлемая часть профессионального журналистского сообщества. По тому же пути идут кинематографисты: фестивали «Золотой витязь» и «Лучезарный ангел» награждают фильмы не специфически «православные», но в первую очередь нравственные по содержанию и качественные по исполнению. Те фильмы, которые могут посмотреть все зрители, а не только посетители церковных мероприятий и завсегдатаи лавок при храмах, ассортимент которых радикально отличается от обычных магазинов, где продаются двд-диски.

С литературной премией всё несколько сложнее. Православное книгоиздание и особенно книгораспространение отделены от российского книгоиздательского и книготоргового бизнеса. У православных издательств свои сети распространения, свой ассортимент, свои магазины и читатели. В православном поле популярны и читаемы авторы, имена которых ничего не говорят не только большинству простых читателей, но и литературным критикам. Разумеется, православные книгоиздатели были бы неприятно удивлены, если бы Патриаршая премия была присуждена не кому-то из выращенных или поддержанных ими авторов, а тем, кто издается и продается на светском рынке. Несмотря на то что большинство этих специфически православных авторов далеки от современного литературного процесса и маргинальны в современной культурной ситуации.

При этом среди писателей, не идентифицирующих себя как православных, но включенных в широкий культурный контекст (в том числе  молодых лауреатов премии «Дебют»), можно найти имена, которые были бы достойны получения высокой награды  и восприняли бы ее кто как аванс на пути в Церковь, кто как поощрение за личную христианскую позицию.

Вероятно, именно здесь организаторы премии попали в ловушку: почти все авторы, которые и православными идентифицируются как свои, и активны в российском литературном процессе, такие как Алексей Варламов, Олеся Николаева, Юрий Вяземский, вошли в состав попечительского совета премии или даже в жюри. Таким образом, никому из них премию вручить нельзя. А ведь именно они свидетельствуют о своих христианских убеждениях в широком пространстве современной культуры. Был и другой путь: выбирать из самых тиражных писателей на православном рынке. Самые высокие тиражи и наибольшее количество переизданий и допечаток сегодня у протоиерея Александра Торика (серия книг о «Димоне») и у Юлии Вознесенской («Путешествие с макаронами», «Мои посмертные приключения», дилогия о Юлианне). Оба автора работают в жанре фэнтези и скорее относятся к беллетристике, чем к высокой литературе. Впрочем, Вознесенскую ввели в короткий список премии.

В результате шорт-лист первой Патриаршей премии был сформирован «по совокупности заслуг» из авторов, много лет поддерживающих классическую литературную традицию в ее почвенническом варианте, зачастую жертвующих качеством своей прозы ради прямой, «в лоб» проповеди православия, из авторов, не задающих вопросы, но дающих ответы, тех, чьи произведения не становятся поводом для общественных дискуссий, но занимают прочное место в специфически православной нише и, безусловно, имеют своего читателя.

По результатам первого премиального сезона рано судить о том, каково будет лицо премии. Однако важно помнить, что обособление писателей, стимулирование конкуренции внутри церковного сообщества пишущих людей, ведет к неизбежному обособлению и их читательской аудитории, ко всё большему отдалению специфической православной литературы от большого мира культуры. Притом что христианские писатели, пребывающие «в миру», так и не будут отмечены по достоинству, потому что не маркируются «профессионально православными» читателями как свои. Если же в дальнейшем премия развернется к широкой общественности, станет почетной и для писателей, которые авторитетны вне церковной среды, для тех, чей голос заметен в информационном пространстве России, у Церкви появится реальная, а не декларируемая возможность влиять на национальную культурную политику.

Здесь важно не забывать еще два направления. Во-первых, non-fiction. Именно научно-популярная литература в последнее время становится пространством битвы идей и несет просветительские функции. В мире популярность биографий, исторической литературы, книг, которые простым языком и захватывающе рассказывают об открытиях в естественнонаучных областях, сравнима, а иногда и превосходит популярность художественной литературы. Сегодня, особенно в России, научные авторы подчеркнуто атеистичны, традиция писать о материальном мире с христианских позиций утеряна. Поиск и поддержка ученых, которые могли бы писать такие книги, — важная задача, стоящая перед православными книгоиздателями, а возможно, и организаторами премии. Здесь самое сложное — определить реальный научный вес автора, отличить графомана от серьезного ученого, найти труд, обладающий смыслообразующим потенциалом.

Второе важное направление — детская литература. Ниша премий за книги для детей в России сегодня пустует. Между тем именно детские книги составляют львиную долю оборота в издательском бизнесе и детская литература переживает этап бурного развития. Мир изменился настолько, что детям не хватает литературы, которую читали в детстве их родители: классика не дает ответов на вопросы, волнующие современных детей, не рассказывает им о том, как их сверстники справляются с актуальным для них проблемами. Поэтому новые книги для детей и подростков востребованы, как никогда. Сегодня целый ряд российских издательств специализируется на переводной детской европейской литературе. Многие из этих книг на современном материале говорят с детьми о проблемах добра и зла, нравственного выбора, взросления, ответственности, и лишь некоторые неприемлемы для христианских семей, в основном же они развивают классическую традицию. Но переводной литературы недостаточно, за талантливых детских писателей, работающих на российском материале, идет борьба редакторов и издательств. А премии за лучшую детскую книгу сегодня в России не существует. С 2006 по 2009 год вручалась премия «Заветная мечта», книги лауреатов этой премии издавались специальными тиражами и бесплатно направлялись во все детские библиотеки России, но после экономического кризиса спонсоры от нее отказались. Авторы, которые пишут для детей, нуждаются в поощрении и поддержке, а дети — в русских книгах, в том числе новых, не советских, художественных биографиях, исторических романах, научно-популярных произведениях, повестях о современной жизни. Сегодня некоторые из этих жанров успешно развивает издательский дом «Фома» со своей книжной серией «Настя и Никита», привлекая к работе уникальных художников-иллюстраторов, но пока это лишь тонкие книжки для дошкольного и младшего школьного возраста.

Поддержка авторов научно-популярных и детских книг, авторов талантливых и читаемых, представляется одним из приоритетных направлений формирующейся культурной политики Церкви в ее литературном направлении. И здесь, кроме премий, важна работа с читателями, создание среды, в которой эти книги бы обсуждались, — развитие приходских библиотек и поддержка районных библиотек, организация встреч с читателями, дискуссионных клубов, детских литературных кружков. Всё это возможно не только на прицерковной территории, но и далеко за оградой храмов.